Начало этой истории похоже на еврейский анекдот. Пришел кременчугский бизнесмен Моше Абарбанель к мэру Тель-Авива и предложил запустить в городе трамвай. Однако городской голова возразил, дескать, незачем нам трамвай, а построй, говорит, кинотеатр! Такой диалог действительно прозвучал зимой 1913 года. В те времена Тель-Авив еще не был экономическим центром, там проживало чуть больше 1000 человек. А потому мэр Меир Дизенгоф просчитал, что трамвайный транспорт будет нерентабельным. Зато синематограф, уверял чиновник, необходим, ибо культурное развитие горожан – превыше всего! И Моше Абарбанель взялся за дело. Далее на poltava-trend.
Из Испании в Кременчуг
Этот кременчужанин не был выдающимся политическим или знаменитым религиозным деятелем. Однако и он, и его предки сделали немало для еврейской нации. Далекий прародитель Моше – Исаак Абарбанель – служил испанскому королю: стал незаменимым финансовым консультантом. Он возглавлял еврейскую общину в Испании, защищал иудаизм, помогал развивать и распространять древнее вероучение своего народа. Дети и внуки Исаака Абарбанеля жили в Европе и Северной Америке, поселились в африканских и азиатских странах. В этой обширной семье – врачи и педагоги, поэты и художники, бизнесмены и экономисты.
Во второй половине XIX века некий Хаим Абарбанель поселился в Кременчуге. Здесь он растил любимого сына Моше, которому помог получить хорошее образование. Хаим сумел воспитать не только здравомыслящего, эрудированного человека, но и целеустремленного, усердного предпринимателя.
В молодом возрасте Моше уже имел репутацию успешного, честного бизнесмена. Юноша стал владельцем торговой и производственной мануфактурной сети в Кременчуге. Бизнес расширялся и приносил стабильный доход. В магазинах на предприятиях работали сотни кременчужан – и евреи, и украинцы.
Бизнесмен и меценат
Однако Моше занимался не только бизнесом, но и меценатством. Он очень любил классическую музыку и театральное искусство. А потому не раз финансировал культурные мероприятия. Он лично приглашал в Кременчуг известных артистов из разных регионов, заботился о местных талантливых людях, создал еврейский музыкальный театр. И конечно, активно интересовался новомодным искусством – кинематографом. А потому охотно и даже азартно принял предложение тель-авивского градоначальника.
На еврейской земле Моше Абарбанель оказался не случайно. Летом 1911 года он привез в Тель-Авив своих сыновей – Хаима и Зеева. Он хотел, чтобы они тоже получили хорошее образование, однако во времена царской власти такое желание осуществить было непросто. В империи действовал закон, ограничивающий количество еврейских детей в учебных заведениях.
Моше в свое время повезло – он успел занять место в гимназии. А его сыновьям отказали, несмотря на «финансовые усилия» отца – известного в Кременчуге бизнесмена. Поговаривали, что у кого-то из государственных распорядителей была личная неприязнь к Абарбанелю. Закон о еврейских учениках этот таинственный недруг использовал в полной мере.
Все горожане на одном сеансе
Моше оставил детей в Тель-Авиве, но ненадолго. Спустя два года Абарбанель-старший и его супруга Хая поселились рядом с сыновьями. Моше навсегда завершил все свои коммерческие дела в Кременчуге, но с присущей ему энергией принялся осваивать бизнес-сферу на новом месте. Кинотеатр, так кинотеатр!
Местная власть выделила для застройки участок на углу Пинес и Лилиенблюм. Проект обсуждали на заседании городского совета. И приняли решение: зрительный зал нужно сделать такого размера, чтобы там разместились все жители города одновременно. Так и получилось – в построенном кинотеатре было 1100 мест. Кроме того, там обустроили 6 лож, галерку и даже определили стоячие места возле специальных поручней.
В те времена в Тель-Авиве не было электросети, кинооборудование и лампочки получали энергию от переносного генератора. Из Австрии привезли кресла, полотно для экрана и занавес. Купили французский кинопроектор.
Кроме того, сделали противопожарное помещение, обитое железом, для хранения и перемотки кинопленки, которая изготавливалась из легковоспламеняющегося материала. Пожары в кинотеатрах в те времена не были редкостью, а потому возле сцены предусмотрительно установили водяной насос.
22 августа 1914 года зрителей пригласили на первый киносеанс. Горожане смотрели историческую драму «Последний день Помпеи». На следующий день на экране появились восставшие гладиаторы – показывали фильм «Спартак».
Небесные «декорации»
Новому культурно-развлекательному заведению дали пафосное имя – «Эден», что в переводе с иврита означает «рай». Кинотеатр стал модным «райским местом», здесь тусовались и простые горожане, и местный бомонд. Разноцветные огоньки гирлянд на стенах и веселая музыка манили посетителей. «Эден» стал если не раем, то уж точно отрадным оазисом посреди полутемных вечерних кварталов.
В начале ХХ века регион, в котором располагался Тель-Авив, был под властью Османской империи. И все кинопремьеры бесплатно посещал авторитетный гость Хасан Бек – турецкий руководитель округа Яффо. Интересно, что некоторое время треть прибыли от показа фильмов использовалась для строительства мечети – так приказал Хасан Бек. После Первой мировой войны в Тель-Авиве обосновались англичане, которые также наслаждались киноискусством в «Эдене».
Тем временем Моше Абарбанель продолжал кипучую деятельность. Неутомимый кременчужанин открыл кафе неподалеку от кинотеатра. Его жена пекла пироги, делала мороженное со сгущенным молоком и ореховые пирожные. Чай разливали из огромного самовара, который по заказу Моше изготовили на кременчугском заводе и привезли в Тель-Авив.
Вдобавок по распоряжению Моше возле стен иллюзиона пристроили летний театр без крыши. В перерывах между киносеансами выступали местные артисты, показывали небольшие спектакли. Публика была в восторге от драматических зрелищ под открытым небом: звезды или облака будто служили дополнительной декорацией.
Непобедимый конкурент
Показ немых фильмов в «Эдене» сопровождался музыкой. Мелодии исполняли известные в городе скрипачи и пианисты. А на виолончели играла Эстер Абарбанель – дочь Моше. На киносеансы даже приглашали оперный хор.
Владелец «Эдена» привез из Англии новинку – электрический клавишный инструмент, с помощью которого создавали спецэффекты, например, звуки взрывов, шум моря, топот лошадей и другие. В 1930 году в кинотеатре впервые показали звуковой фильм – «Сумасшедший музыкант».
Моше Абарбанель был монополистом в области местной киноиндустрии два десятка лет. В середине 1930-х годов в разных районах Тель-Авива открыли 9 кинотеатров. «Эден» неминуемо стал терять популярность.
После смерти Моше в 1961 году кинотеатром некоторое время управлял Зеев Абарбанель-младший. В это же время активно развивалось израильское телевидение, ставшее непобедимым участником борьбы за зрителей. Кинотеатры с трудом, выдерживали конкуренцию, некоторые из них закрывались. «Эден» прекратил работу в 1970-х годах. Помещение выкупили: кинотеатр стал банком. Но здание было слишком старым, а потому и новые владельцы спустя несколько лет покинули его.
В начале ХХI века здание уже не эксплуатировалось, но оставалось исторической достопримечательностью города. Внутренние перегородки бывшего кинотеатра были демонтированы, только внешние стены напоминали о времени зарождения кинематографа в Тель-Авиве. В 2016 году местная власть запланировала реконструировать легендарную постройку и сделать отель.
Использованные источники:
